• Авторизация



На главную Написать письмо Добавить в закладки
 
  • Западная Сибирь, Омская область, Урал
  • Северо-Запад России, Центр России
    • Анисимов Сергей Иванович
      e-mail: 13@altan.ru
  • Республика Карелия
  • Иркутская область, Читинская область, Кемеровская область, респ. Бурятия
  • Томская область
  • Алтайский край
  • Юг России, экспорт
  • Амурская область, респ. Саха (Якутия)

История успеха Валерия Покорняка, гендиректора фирмы "АЛТАН", интервью на радио finam.fm от 20.10.2011

Он сформулировал 72 успешных закона предпринимательства. История успеха В.Покорняка (фирма "АЛТАН")

История успеха Валерия Покорняка...

В гостях: Валерий Покорняк, генеральный директор, основатель и основной совладелец фирмы "АЛТАН".
Ведущая: Елена Лихачева, автор и ведущая программ "Они сделали это!" и "В первом приближении" на радио "Финам FM"

ЛИХАЧЕВА: Доброе утро, вы слушаете "Финам FM", меня зовут Елена Лихачева, здравствуйте. Наш сегодняшний гость владелец и совладелец не только нескольких бизнесов, он сумел за свою жизнь, пока еще недолгую, сформулировать целых 72 успешных закона предпринимательства. Можно так выразиться?

ПОКОРНЯК: Да.

ЛИХАЧЕВА: Или как вы выразились? Секрета...

ПОКОРНЯК: Секрета.

ЛИХАЧЕВА: ...Успешного предпринимательства. Представьте, 72! Не знаю, успеем ли мы сегодня озвучить хотя бы десятую часть, но про его несколько бизнесов мы уж точно поговорим. Что будет, кстати, интересно для наших слушателей в самом начале нашей программы, у нас сегодня не только предприниматель и писатель, но и еще и астролог в программе. Кто вы по гороскопу, Валерий Павлович?

ПОКОРНЯК: Дева.

ЛИХАЧЕВА: Земной, кажется, знак?

ПОКОРНЯК: Абсолютно.

ЛИХАЧЕВА: Обеими ногами на земле?

ПОКОРНЯК: Сверхземной.

ЛИХАЧЕВА: Самый-самый сверхземной знак.

ПОКОРНЯК: Абсолютно.

ЛИХАЧЕВА: Так что, ну, давайте послушаем сейчас рубрику "Статус".

ПОКОРНЯК: Сравним, хорошо.

ЛИХАЧЕВА: Сейчас послушаем рубрику "Статус", потом начнем программу.

ПОКОРНЯК: Окей.

pokornyak01Статус: Валерий Покорняк, генеральный директор, основатель и основной совладелец фирмы "АЛТАН".

Как это делалось: Окончил с отличием Алтайский политехнический институт, факультет "Машины и аппараты пищевых производств", позже западный университет Кеннеди, США, получил ученую степень доктора бизнес-администрирования. Трудовую деятельность начал в 1979 радиомехаником. С 1988 работает на руководящих должностях созданной им вместе с друзьями фирме "АЛТАН". С 1991 является ее бессменным генеральным директором. Сегодня "АЛТАН" лидер в возрождении производства твердых сортов пшеницы и организатор ее переработки на Алтае. Компания сотрудничает с фирмами 50 регионов России, поставляя туда макаронные изделия под торговой маркой "Гранмулино". Более 15 лет Валерий Покорняк занимает пост председателя Сибирской ассоциации производителей макарон. Автор книги "72 секрета успешного бизнеса", издатель серии книг о приключениях главного повара Макаронии благородного Гранмулино. Награжден медалью ордена "За заслуги перед Отечеством" второй степени. Разведен, среди увлечений велосипед и собака породы шарпей.

ЛИХАЧЕВА: И еще раз доброе утро, Валерий.

ПОКОРНЯК: Доброе утро.

ЛИХАЧЕВА: Еще раз спасибо за то, что вы к нам сегодня пришли. Слушайте, я надеюсь, это шутка или вы на самом деле строите свою жизнь, я имею в виду отношения с людьми, может быть, даже решения принимаете исходя из астрологических прогнозов? Только так, честно.

ПОКОРНЯК: Да, 50 на 50.

ЛИХАЧЕВА: 50 на 50 это ни о чем. Да или нет? Это можно решку подкидывать, знаете, орел или решка.

ПОКОРНЯК: Нет, на самом деле, реально да, учитывая это обстоятельство, и оно мне часто помогает.

ЛИХАЧЕВА: Вы же математик по образованию?

ПОКОРНЯК: Нет, не по образованию, я по образованию инженер.

ЛИХАЧЕВА: Ну, хорошо, окончили математическую школу, отлично справились...

ПОКОРНЯК: С институтом.

ЛИХАЧЕВА: ...С инженерным образованием.

ПОКОРНЯК: Да, согласен.

ЛИХАЧЕВА: Мне всегда казалось, что астрология это для домохозяек.

ПОКОРНЯК: Вы знаете, я не думаю, что вы правы, потому что астрология это наука, может быть, забытая, и сконвертировалась в астрономию, например. Поэтому астрономия это часть астрологии. Астрология гораздо дольше по времени, несколько тысяч лет. В связи с тем, что планеты двигаются с очень высокой точностью, сверхматематической точностью, то, в принципе, это сплошная математика.

ЛИХАЧЕВА: То есть, вы соединили астрологию с математикой? Приведите конкретный пример, пожалуйста.

ПОКОРНЯК: Хороший вопрос. Пример очень простой. Дело в том, что я разделяю людей, опять-таки я сконвертировал все, что прочитал и изучал опять-таки как любитель, честно скажу, по тому, как вы так громко назвали, это не получилось. Есть люди-нападающие и защитники. Нападающие это знаки воздуха и знаки огня, а вот знаки защитники это вода, соответственно, и земля.

ЛИХАЧЕВА: С кем вы предпочитаете иметь дело?

ПОКОРНЯК: Здесь принцип команды. Принцип команды предполагает, Бог очень милостив или кто там нас создал, в принципе, в вашей команде должны быть все стихии, то есть, понимаете, огонь, земля, вода и воздух. Поэтому, в принципе, мне удобнее из-за того, что я земля, контактировать, конечно бы, хотелось с воздухом и с огнем именно с точки зрения бизнеса. Почему? Потому что знаки земли и воды, они сверхконсерваторы. В связи с этим привычка это для них важно. Но, с одной стороны, когда они в команде, кто-то должен защищать. И, наоборот, знаки воздуха и, соответственно, огня, они нападающие, они люди действия, иногда, может быть, даже и безрассудного.

ЛИХАЧЕВА: А в личной жизни работает это?

ПОКОРНЯК: В личной жизни посложнее немного, потому что есть еще к астрологии несколько... Если мы будем говорить на эту тему, вообще ни одного секрета не раскроем из книги. В личной жизни это тоже работает, но там, конечно, важно еще подобное с подобным, знаете, такой математический библейский факт, это важно. Это неверный факт, что разноположности, так скажем, стыкуются. Нет, в общем-то, стыкуется подобное с подобным.

ЛИХАЧЕВА: Должен быть объединяющий все-таки какой-то момент?

ПОКОРНЯК: То есть, круг с кругом, в принципе, не с треугольником. Треугольник порвет круг, это вопрос, или круг зажмет треугольник. Поэтому там еще есть нумерология, цифры, генетика и, естественно, вера, религия. Никуда от этого не деться, как воспитан был человек в семье. Потому что, как говорится, одна культура одной семьи соединяется с другой культурой. Поэтому, конечно, если культура одна, вера одна, легче. Если, конечно, в целом все другое, то будут трудности, но, может быть, их смысл есть преодолеть.

ЛИХАЧЕВА: Обожаю людей, которые могут такие разные вещи, как математика, нумерология, астрономия, астрология соединить в одной своей умной голове, вывести свою собственную теорию, на которой, как считает человек, он в полной мере может опираться, опирается и действительно работает. Но ведь работает же, правда?

ПОКОРНЯК: Работает. Для дела, понимаете, у меня должна быть точка отсчета, опора, я же знак земли, правильно, нужна какая-то база. Я не знаю, работает или нет. Ну, пока работало.

ЛИХАЧЕВА: Пока вроде работало, судя по вашему бэку, судя по вашей биографии, вроде как ничего, вроде как работает.

ПОКОРНЯК: Да, вроде да.

ЛИХАЧЕВА: Хотя, может быть, работает что-нибудь другое? Давайте попробуем разобраться. Валерий, я думаю, что мы вряд ли сегодня успеем все 72...

ПОКОРНЯК: И не надо.

ЛИХАЧЕВА: ...Секрета успешного предпринимательства раскрыть, но давайте остановимся хотя бы на трех основных.

ПОКОРНЯК: Так, на трех основных. Вот я зря так вам книжку подарил.

ЛИХАЧЕВА: Хорошо, давайте.

ПОКОРНЯК: На самом деле, я скажу, конечно, три основных, это очень важно. Вообще вся дорога идет от самого человека, поэтому маленькая у меня книжка, но разделена на две части. С одной стороны, это принципы, которые закладываются у человека в детстве. В принципе, вы выходите уже во взрослую жизнь, на 90% вы уже сформировались. Поэтому там важно, повторю, еще раз говорю, семья и все те вещи, которые семья, ваши родители в вас вложили. И первые трудности, которые происходили, а они точно происходили в вашем детстве, у меня их было много, серьезных трудностей, и, в принципе, я их преодолел. То есть, преодоление это главный шаг. Барьеры если есть, вы их преодолеваете, вы как закаливаетесь.

ЛИХАЧЕВА: Мускулы наращиваете и интеллектуальные, и физические, и всякие другие?

ПОКОРНЯК: Ну, да. Я не совсем с такой болезнью родился, и мне приходилось бороться с ней.

ЛИХАЧЕВА: Вы такой ботаник, наверное, были, да?

ПОКОРНЯК: Нет, я с пороком сердца родился. Поэтому, нет, был не ботаником, был хулиганом и, в общем, в целом проблемы были.

ЛИХАЧЕВА: То есть, вы такой хулиган с пороком сердца, который удалось преодолеть?

ПОКОРНЯК: А вы знаете, только врачи говорили, а на самом деле я не чувствовал. Почувствовал позже, в 27 лет. А вот так все было хорошо, но им казалось, нет. В общем-то, все прошло хорошо, под их наблюдением, а потом в книжке написал, что я решил измениться. Это было 11 лет. И когда решил, что, да, надо какие-то ограничения снять, и снял, и пошел, рискнул, в итоге выиграл.

ЛИХАЧЕВА: То есть, опыт преодоления?..

ПОКОРНЯК: Да.

ЛИХАЧЕВА: ...Идущий из детства, № 1?

ПОКОРНЯК: Абсолютно.

ЛИХАЧЕВА: Это секрет того, что у вас потом что-то будет получаться во взрослой жизни, в том числе в предпринимательстве?

ПОКОРНЯК: Да.

ЛИХАЧЕВА: Даже, может быть, в первую очередь?

ПОКОРНЯК: Всем родителям, у кого дети, нужно об этом помнить. В общем-то, ребенок любого пола женщина, мужчина будущий взрослым надо об этом думать, чтобы они умели защищаться и нападать.

ЛИХАЧЕВА: Как я неоднократно уже цитировала одного предпринимателя, который у меня тут в эфире сказал: "Куплю, говорит, трудности своему ребенку за любые деньги".

ПОКОРНЯК: Вот, почему нет? На Западе так и происходит. Мы же молодая страна, только вступившая в капитализм, а там уже давно прошло. Поэтому, действительно, богатой вы семьи, не очень богатой, но важно, чтобы у вас были трудности.

ЛИХАЧЕВА: Покупайте вашим детям трудности, причем, действительно, за любые деньги, иначе толку из них потом не будет.

ПОКОРНЯК: Точно.

ЛИХАЧЕВА: Это секрет № 1. Секрет № 2?

ПОКОРНЯК: Секрет № 2 это вот, как вы почувствовали нечто такое, в вас зарождается вера. Вот эту веру надо нести, потому что сбиваться с курса вы будете очень часто. И вот такой луч должен быть перед вами, который... Если вы как-то поняли, скорее всего, вы будете понимать, что это правильно, если мы говорим о бизнесе, что этот продукт, товар, который вы хотите выпустить, услуга, она нужна людям, то верьте в это. Абсолютно точно здесь тоже появляется второй барьер люди вас будут отговаривать и говорить: "Так никто не делал, так не правильно, вы проиграете, на самом деле вы балбес, по большому счету". Так у нас получилась переработка твердых сортов пшеницы. Когда мы там решили вдруг изменить макаронную промышленность, на тот момент всегда делали макароны из муки, в общем, и продолжали делать, мы сказали: "Это не правильно", потому что, съездив до этого в Италию, посмотрели, поглядели...

ЛИХАЧЕВА: Что такое настоящие действительно макароны.

ПОКОРНЯК: Да, и потом этому есть абсолютно научное объяснение, почему это правильно. И потом начали этим заниматься.

ЛИХАЧЕВА: И все вот так вот крутили пальцем?

ПОКОРНЯК: Да, все крутили. Для примера, для твердых сортов нужна специальная мельница, так вот в Сибири не было ни одной мельницы по твердым сортам пшеницы. Так вот мы решили вдруг ее сделать, то есть реконструировать, тогда как раз все называли, что это сумасшествие.

ЛИХАЧЕВА: Оправдалось?

ПОКОРНЯК: Но мы оказались правы, да, а они ошиблись.

ЛИХАЧЕВА: И вот та самая марка, которая сейчас, в принципе, очень так агрессивно, хорошо зашла практически во все сети, я их везде наблюдаю здесь в Москве "Гранмулино" те же самые.

ПОКОРНЯК: Но в Москве, к сожалению, у нас не так много, как хотелось бы.

ЛИХАЧЕВА: Не знаю, я вас везде вижу. Ладно, хорошо, это мы попозже поговорим, насколько вы довольны...

ПОКОРНЯК: Не довольны.

ЛИХАЧЕВА: ...Вхождением в Москву, в Питер, вообще во все регионы. Вообще вы в регионах скольких?

ПОКОРНЯК: 142 дистрибьютора у нас, мы продаем от Калининграда до Владивостока. Конечно, Сибирь это где мы родились...

ЛИХАЧЕВА: Основное, да?

ПОКОРНЯК: Основное. Неплохо получается Урал, в общем-то, хуже юг, Санкт-Петербург, Москва.

ЛИХАЧЕВА: Чуть-чуть попозже поговорим.

ПОКОРНЯК: Да, конечно. Третий вопрос.

ЛИХАЧЕВА: Да, да. Третий вопрос буквально через одну минуту. Но до того как мы уйдем на паузу, вы мне скажите, пожалуйста, вообще, в принципе, среди всех российских производителей макарон вы какое сейчас место занимаете? Какая доля у вас?

ПОКОРНЯК: Если мы возьмем сегмент, что макароны из твердых сортов пшеницы, то очень мало компаний, которые, в принципе, занимаются. По большому счету, их, наверное, три-четыре компании.

ЛИХАЧЕВА: Именно российских производителей?

ПОКОРНЯК: Да, российские производители, которые реально, то есть бумага-то все стерпит и упаковка, некоторые пишут, но мы говорим о реальных производителях, то в данном случае мы занимаем достойное третье место.

ЛИХАЧЕВА: То есть, входите в тройку?

ПОКОРНЯК: По твердым, да. Имеется в виду по производству. А с точки зрения продаж в зависимости от регионов, во многих регионах мы лидеры продаж.

ЛИХАЧЕВА: Если возможно, в вашем основном макаронном бизнесе вы можете обороты озвучить последнего посчитанного года? Чтобы мы просто понимали объемы вашего производства, объемы вашего дохода.

ПОКОРНЯК: Фонд где-то порядка... Вы знаете, вся макаронная промышленность, она небольшая, порядка 900 миллионов долларов вся российская. Вот из нее мы откусываем, где-то оборот у нас под миллиард рублей. Вот так считайте. То есть, курсы делите, умножаете.

ЛИХАЧЕВА: Спасибо за исчерпывающий ответ. Мы буквально через одну минуту, после рекламной паузы снова вернемся в студию "Финам FM". Валерий Павлович Покорняк у нас сегодня в программе, очень известный предприниматель, особенно известный у себя. Вы родились в Барнауле, да?

ПОКОРНЯК: Да.

ЛИХАЧЕВА: Не так далеко от Омска, где родилась я.

ПОКОРНЯК: Да.

ЛИХАЧЕВА: Так что мы в каком-то смысле с вами...

ПОКОРНЯК: Соседи-сибиряки.

ЛИХАЧЕВА: Сибиряки. Как там, кто же сказал, что Россия будет прирастать Сибирью? Я забыла.

ПОКОРНЯК: Вы знаете, несколько человек, вот не помню. Может быть, даже Ломоносов. Может быть, я вру.

ЛИХАЧЕВА: Может быть.

ПОКОРНЯК: Что она будет прирастать. Она, кстати, и прирастает. Весь бюджет России состоит из кладовой Сибири, весь бюджет. Нефть, газ, металл, золото, алмазы это Сибирь и Дальний Восток.

ЛИХАЧЕВА: Это все оттуда?

ПОКОРНЯК: Да, поэтому здесь уже приросла.

ЛИХАЧЕВА: В каком-то смысле и макароны теперь у нас оттуда.

ПОКОРНЯК: В том числе.

ЛИХАЧЕВА: В том числе, да. Ну, а макаронный бизнес это не единственный бизнес нашего сегодняшнего гостя, мы поговорим обо всех остальных. Я очень надеюсь, что времени хватит. Давайте сейчас прервемся, через одну минуту будем снова в студии "Финам FM".

ЛИХАЧЕВА: И снова доброе утро. Еще раз представляю нашего сегодняшнего гостя. Основатель и совладелец фирмы "АЛТАН", это компания по производству макарон. Но это не единственный бизнес нашего сегодняшнего гостя, Валерия Павловича Покорняка. Валерий, еще раз доброе утро, еще раз здравствуйте.

ПОКОРНЯК: Доброе утро.

ЛИХАЧЕВА: Мне не хочется сейчас уже к конкретным бизнесам приступать, к обсуждению их, пока вы не озвучили тот самый заветный третий секрет успешного бизнеса из 72, которые вы сформулировали в написанной вами книги. Итак?

ПОКОРНЯК: Вы знаете, а вот теперь третий. Третий это вы сами, то есть у меня и у моих знакомых по прошествии времени, это сам человек. Там несколько секретов, их несколько как раз вот рассчитано на то, как победить себя любимого, как заставить себя. Например, когда вы упали, когда вас немножко давят, когда вы находитесь в очень тяжелом положении, встать, подняться, отжаться, как кто-то у нас говорил, самое тяжелое. А, в принципе, тяжелое испытание, в том числе и благосостояние. Все-таки бизнесу нашему 24 года, и команд было очень много, поэтому испытания не только неудачами, но и удачами в том числе, потому что они расслабляют как наркотик, и в целом вы можете просто остановиться. Поэтому самая большая проблема это вы сами, если вы являетесь лидером команды. То есть, не расслабляться, двигаться, потому что, в принципе, это похоже на езду на велосипеде в гору. То есть, вы, если останавливаетесь, вы не только стоите, вы быстро падаете. Поэтому крутить педальки придется до конца жизни.

ЛИХАЧЕВА: А что вам лично дается тяжелее справляться с трудностями вам сложнее или вам сложнее с тем самым полным штилем справляться? Вот вам лично.

ПОКОРНЯК: Вы знаете, мне лично, я же защитник, для меня штиль плох. Поэтому в моей команде, в принципе, я могу потом наделать ошибки. Все хорошо, все отлично. Ну, кто-то хорошо сказал, здесь какой-то закон придумали, что вот то хорошее, чем вы пользуетесь, скорее всего, со временем приведет вас к несчастью. Поэтому для защитника нужен стресс, всплеск. И, кстати, даже в нашей команде и в нашей компании все кризисы, которые происходили, как ни странно, мы подымались на них и серьезно. И, наоборот, для знаков нападающих, для них нужно какую-то легкую гавань, перезарядиться, поэтому, вот видите, астрология как-то помогает.

ЛИХАЧЕВА: Опять вы возвращаетесь.

ПОКОРНЯК: Да, да, а как иначе?

ЛИХАЧЕВА: К астрологии.

ПОКОРНЯК: Так что для этого, повторю еще раз, сам человек и его проблемы и его привычки. Надо бороться со своими привычками.

ЛИХАЧЕВА: Да, кстати, я в этой связи еще вспоминаю такую цитатку очень хорошую. Вычлените, попробуйте ваше самое главное, как вам кажется, лучшее такое качество, позитивное, то, что вашей сильной стороной является, и имейте в виду, что то, что является вашей сильной стороной, одновременно, скорее всего, или сейчас или со временем тут же обернется для вас и самой слабой стороной.

ПОКОРНЯК: Правильно.

ЛИХАЧЕВА: Вот как правильно-то.

ПОКОРНЯК: И ножом можно резать, а можно порезаться.

ЛИХАЧЕВА: Да, все в жизни...

ПОКОРНЯК: Белое-черное.

ЛИХАЧЕВА: Белое-черное, две стороны одной медали. А ваша сильная и, может быть, одновременно слабая черта что?

ПОКОРНЯК: Вы правильно сказали, защитники, у них главная задача стоять до смерти, в принципе. У них, кстати, помогает даже не больше астрология, а чтение, к счастью, сейчас многие вещи перевели, как Конфуция, Сунь Цзы, где очень хорошие вещи сказаны. Например, что такое хорошая тактика или плохая тактика? Плохая тактика это когда вы выигрываете сражение здорово, но проигрываете войну. А плохая стратегия это когда вы выигрываете войну, но проигрываете мир. Поэтому здесь в этой ситуации для меня важно как раз то, когда нужно воевать, когда нужно не воевать.

ЛИХАЧЕВА: А вы такой человек, когда не нужно воевать, вы все равно воюете?

ПОКОРНЯК: Нет. Вы знаете, со временем нет. Все правильно, то есть вот эта моя настойчивость некоторая, в какой-то мере она является, что вы защищаете все и вся, она вам потом будет и мешать, потому что нельзя защищать и нападать одновременно. Хотя в японских единоборствах это существует. Поэтому вот это искусство, защищаясь, нападать я могу делать не сам, а только в команде. Поэтому мое качество, если ты чувствуешь, что зашел в ступор, то на самом деле что-то с командой, надо ее менять в сторону динамики.

ЛИХАЧЕВА: Вы знаете, если сейчас не знать, что вы предприниматель, можно подумать, что вы военачальник. Для ваз бизнес это такая войнушка, пиф-паф, да? Все термины, которые вы сейчас употребляли, они применимы исключительно на поле боя.

ПОКОРНЯК: Вы знаете, я вас разочарую или, может быть, порадую.

ЛИХАЧЕВА: Может быть, наоборот, очаруете.

ПОКОРНЯК: В принципе, по большому счету, все красивые книжки о бизнесе и маркетинге это все переросло с двух понятий: от военного искусства и медицины. Поэтому все оттуда. А бизнес на самом деле, особенно в России, как в 90-е года да и сейчас, в общем-то, он похож на боевые действия. В принципе, у него есть защита и нападение. Поэтому Сунь Цзы "Искусство войны" это хорошая книга, переведенная. Поэтому всем начинающим, не начинающим и даже совсем большим бизнесменам я рекомендую ее почитать.

ЛИХАЧЕВА: Друзья, записываем. "Искусство войны".

ПОКОРНЯК: Ей несколько тысяч лет, так что ее можно найти, это не трудно, да.

ЛИХАЧЕВА: В общем, достаточно известная книга, но действительно, может, кто-то и не...

ПОКОРНЯК: Но цитируют ее оттуда очень много, да, конечно. Поэтому, в принципе, да, бизнес... А что такое война на полке, конкуренция? Это экономически, там, конечно, нет плена, но в любом случае элементы военных действий существуют, но экономические.

ЛИХАЧЕВА: То есть, военное дело плюс медицина? Я сразу себе представила, тут тоже недавно с одним предпринимателем обсуждала...

ПОКОРНЯК: Военный медик.

ЛИХАЧЕВА: Да, на поле боя, руки по локоть крови, такой стоит.

ПОКОРНЯК: Да, и лечит одновременно.

ЛИХАЧЕВА: И лечит одновременно, да, и режет. И тут же воюет, и уворачивается. В общем, понятно.

ПОКОРНЯК: Видите, какая у вас ассоциация. Нет руки по локоть в крови, этого нет.

ЛИХАЧЕВА: У кого как.

ПОКОРНЯК: У кого как.

ЛИХАЧЕВА: Хорошо, что у вас нет, по-разному, знаете ли, бывает.

ПОКОРНЯК: Пищевка, наверное, проще.

ЛИХАЧЕВА: Особенно в 90-х годах. Ну, в пищевке, наверное, проще. Ладно. Как вы попали в эту самую пищевку? В принципе, у вас так достаточно логично все получилось, то есть вы получали образование соответствующее, пищевые машины пищевого производства, это ваша специализация.

ПОКОРНЯК: Да.

ЛИХАЧЕВА: Но в то время, вероятнее всего, вы не планировали для себя какое-то предпринимательское будущее? Все-таки вам-то лет тогда еще было...

ПОКОРНЯК: Мало.

ЛИХАЧЕВА: Это в каком году? В 80-е тогда еще не пахло никаким предпринимательством. Правда?

ПОКОРНЯК: Нет, не пахло.

ЛИХАЧЕВА: Это 80-е годы.

ПОКОРНЯК: Да, 80-е.

ЛИХАЧЕВА: А как вы попали?

ПОКОРНЯК: Вы знаете, врать я не буду. На самом деле, с одной стороны, действительно, я закончил прямо точно по специальности, я инженер-механик именно нашей зернопереработки, вот реально. Но дело в том, что в советское время в 70-х годах, в начале 80-х это было сверхнемодно, отрасль самая, в общем-то, низкооплачиваемая. Поэтому кто заканчивал у нас МАПП, а всего три института в Советском Союзе готовили специалистов, это наш Алтайский политехнический, Московский, я там в аспирантуре потом учился, МТИП, это Московский институт пищевой промышленности и Одесский институт. Так вот все, кто заканчивал, хорошо учился, конечно, конечно, в зерновую отрасль не шел. Ну, а куда? В мясо, в молоко, в сыроделие. Поэтому до пятого курса я себя готовил, у нас очень известные алтайские сыры, и очень хороший был институт, я хотел пойти туда. Ну, красный диплом мне позволял такие вещи. И, в принципе, практически за три месяца до окончания я думал, что попаду туда. В итоге получил туда все-таки разрешение, нужно было как-то это все сделать, сделали. Но вы знаете, еще даже вспоминаю, что завкафедрой у нас была Эстелла Павловна. Вот я когда говорил: "Эстелла Павловна, мне ваше зерно постольку поскольку". До сих мы вспоминаем, она говорит: "Вы знаете, Покорняк, не зарекайтесь, все в жизни бывает". Вы знаете, я вспоминаю ее сейчас, что она оказалась права. А когда команда распалась в 1990 году, я остался на Алтае, это край зерновой, поэтому все началось с зерна, с фуража, с муки сначала, с продаж, после компьютеров, соответственно.

ЛИХАЧЕВА: То есть, вы, как все, занимались перепродажей компьютеров?

ПОКОРНЯК: Нет, не только мы занимались перепродажей.

ЛИХАЧЕВА: Вы даже делали что-то?

ПОКОРНЯК: Ну как, мы и делали в первую очередь. Конечно, деньги заработали на компьютерах, врать не буду.

ЛИХАЧЕВА: Это прямо классика. Слушайте, классика, очень многие предприниматели с этого начинали.

ПОКОРНЯК: Да, в 80-х годах, правильно. Ну, а почему нет? Вы знаете, мы помогали.

ЛИХАЧЕВА: У кого мозги были, в принципе, их включили.

ПОКОРНЯК: Поэтому потом, оставшись на Алтае, Алтай аграрный регион, крупный регион, поэтому, в принципе, меня дорога туда увела. Если был бы нефтяной регион, нефтью бы занимался.

ЛИХАЧЕВА: То есть вы, в принципе, вычленили, чем здесь выгодно заниматься, что может принести реальную прибыль, опять-таки еще и образование такое подфартило, поэтому почему бы нет?

ПОКОРНЯК: Да. Вы понимаете, в принципе, это как лама сказал: "Все кругом вас, вот все, что есть, есть. Все, что рядом, все, что вам нужно, все вокруг вас есть".

ЛИХАЧЕВА: Глаза разуйте просто.

ПОКОРНЯК: Да, поэтому если вы остаетесь, вы просто внимательно поглядите. А что внимательно глядеть, если край аграрный? Поэтому зерно привело меня. Потом даже я учился, еще не знал, что вот есть твердая пшеница, мягкая пшеница. Ну, так, в общем, мимо, как студенты. А потом, когда стал разбираться, я был потрясен, что на Алтае уникальная растет пшеница уже больше полутора веков, поэтому она является лидером в мире. Есть ошибка, все думают, что самая лучшая канадская пшеница. Может быть, она на сегодняшний день и лучшая, твердая имеется в виду, а вот Родина все-таки это Россия. Как есть такой миф, что макароны родились в Италии. Нет, они пришли вместе с Марком Поло из Китая. Так вот твердая пшеница...

ЛИХАЧЕВА: Как очень много чего из Китая.

ПОКОРНЯК: Твердой пшеницы Родина в мире это Россия. Потому что наши эмигранты, которые сэмигрировали в США, в Канаду и в Австралию, привозили с собой не только там что-то, но и зерно. Вот это зерно, оно селекционировано там и, кстати, доведено уже до лучших, понятно, результатов, хотя у нас все усилия и все возможности есть. Потому что природные климатические условия для этой пшеницы прекрасны.

ЛИХАЧЕВА: Но тогда-то вы, в общем...

ПОКОРНЯК: Не знал.

ЛИХАЧЕВА: ...Не знали ничего об этом. С чего вы начинали? Давайте буквально через три минуты как раз сделаем такой flashback и расскажем нашим слушателям о том, с чего вы начинали именно производство, как собирали команду, откуда... ну, деньги, уже понятно, откуда вы взяли, на компьютерах заработали первый миллион.

ПОКОРНЯК: Да, догадались.

ЛИХАЧЕВА: Условно говоря.

ПОКОРНЯК: Миллионы, да.

ЛИХАЧЕВА: Да, первые миллионы. И вы вложили эти деньги в производство макарон. Вот самые-самые первые шаги. С этой точки давайте начнем буквально через три минуты. Валерий Павлович Покорняк у нас сегодня в программе. Его основной бизнес это, конечно, макаронный. Через три минуты мы вернемся в студию "Финам FM".

ЛИХАЧЕВА: Еще раз доброе утро. Нашего сегодняшнего гостя еще раз представляю. Валерий Покорняк у нас сегодня в гостях, известный предприниматель в России, лидирующая, действительно, компания, один из главных макаронников, можно так. Ничего не обидно?

ПОКОРНЯК: Нет, наоборот.

ЛИХАЧЕВА: Наоборот?

ПОКОРНЯК: Прелестно.

ЛИХАЧЕВА: Один из главных макаронников у нас здесь в России, Валерий Покорняк, основатель и совладелец фирмы "АЛТАН". А, собственно говоря, макаронный ваш бизнес начинался с чего? Нашли идею хорошую, поняли, что хороший зерновой край, Алтай, здесь можно эту тему продвигать. И дальше?

ПОКОРНЯК: Вы знаете, к макаронам мы пришли не сразу, абсолютно. Дело в том, что приватизация началась, и, естественно, она затронула все сектора. Конечно, как я сказал, мы обратили внимание, еще до этого мы занимались уже продажей муки, фуража, то, что было на Алтае. Помните, кстати, еще был бартер, денег же не было. Так вот, естественно, очень хорошо конвертируемая валюта это продукты питания. Поэтому мы этим и занимались. Но потом началась приватизация, где все стало продаваться. В целом была идея очень такая простая, что нужно взять какую-то мельницу, раз мукой заниматься, пусть будет своя мельница. И вот мы выбирали-выбирали, и тут то, что деньги действительно были с компьютеров достаточно неплохие, приватизация проходила, в общем-то, с небольшими такими затратами, то было куплено несколько предприятий, порядка семи, если мне память не изменяет. В том числе и хлебопекарная, были у предприятия взяты акции, и элеватор, и взят, кстати, был комбинат, он назывался "Поспелихинский комбинат хлебопродуктов", акционерное общество открытого типа, естественно; все, что тогда было. Так вот, мы увидели там, что предприятие было неплохое, но было банкротом, его дважды выставляли на торги, его никто не подумал. Задолженность была очень большая.

ЛИХАЧЕВА: Какая?

ПОКОРНЯК: Там все в миллиардах исчислялось.

ЛИХАЧЕВА: Ну, да, сейчас, наверное, уже даже и не вспомнишь, как там исчисление.

ПОКОРНЯК: Порядка трех миллиардов. Большая сумма на тот момент, даже вычисление, в смысле в рублевом эквиваленте по новым деньгам.

ЛИХАЧЕВА: Все равно много.

ПОКОРНЯК: Много, да. Поэтому, в принципе, мы решили, что... Вот, кстати, тогда же я встретился с человеком, директором "Барнаульской фабрики", это Геннадий Морозов, он до сих пор, он, правда, уже не занимается этим вопросом. И вот в разговоре я сказал: "Что же так, Макароны-то у нас такие? Хочу мельницу взять, муку буду делать". Он говорит: "А зачем муку? Надо, говорит, делать крупку". Я говорю: "А что это такое?" Он говорит: "Что же такое? Что, забыл?" И напомнил мне.

ЛИХАЧЕВА: Учился же ты, ты что, двоечник.

ПОКОРНЯК: Да, учился, знал. Он говорит: "Твердая пшеница, из нее делают как раз настоящие макароны. Моя мечта, говорит, чтобы на моей макаронной фабрике как раз была хорошая крупка. Вот если бы ты, говорит, этим занялся, было бы здорово". Так что Геннадию Морозову благодарен, вообще мне много везло на людей, которые мне... Кстати, потом он стал моим конкурентом, но это другая история. Так вот я стал разбираться, и мы нашли, действительно, этот комбинат, хоть и с большими долгами, но была приличная мельница. И мы пошли на очень жесткий эксперимент. Не только нужно было выкупить, разобраться с долгами, с большой задолженностью, везде и всюду были задолженности, с большим коллективом, а самое главное взять и остановить мельницу и сделать реконструкцию очень большую в очень короткие сроки. Потому что остановка сердца на комбинате это...

ЛИХАЧЕВА: Влечет за собой последствия.

ПОКОРНЯК: Да, все, потому что элеватор и комбикормовый завод, они все живут от мельницы. Вот здесь как раз я получил много эпитетов таких, что я сумасшедший, больной и так далее, и кто в Сибири начнет делать мельницу. Потому что у твердой пшеницы есть одной проблема: она идет практически только на макаронный помол. То есть, в принципе, после любой переработки пшеницы остаются отруби, они могут идти на корм скоту. Так вот отруби, которые у нас получаются от твердой пшеницы, они никуда не могут идти, их не ест ни животное, ни человек. Если мы делаем макаронную крупку из твердой пшеницы, она идет только на макаронный помол. То есть получалось, что мы загоняли себя в угол. Значит, превратив хорошую мельницу из мягкого помола, просто сжигали мосты и переделывали ее на твердый помол. Ну, первая проблема была в том, что никто никогда это в Советском Союзе не делал, начнем с этого, не перестраивал мельницу с мягкого на твердый помол. Это раз, это было само по себе трудно. Во-вторых, у нас было всего лишь три месяца, либо мы просто были бы вообще...

ЛИХАЧЕВА: Обанкротились уже по полной?

ПОКОРНЯК: ...Полными банкротами уже был бы, потому что у нас остановилось все предприятие. И четвертое, вообще как это, чтобы это было сделано правильно, и получили выход тот, который мы хотели получить. Ну, вот такие три как бы сложные задачи. Это были, кстати, 1994-1995 года, лихие, ставки по 60% и так далее, гиперинфляция и инфляция, и бартеры на улице. В любом случае мы на это пошли, мы это сделали. Коротко. Это было трудно. Но мы это сделали. В принципе, мы получили. До этого мы сделали, конечно... Но я уже к тому времени получил степень, кстати, учился-то как раз по тому, как можно реорганизовать убыточное предприятие. Вот, в принципе, нашел.

ЛИХАЧЕВА: Вы имеете в виду американское образование?

ПОКОРНЯК: В Штатах, да. Ну, это дистанционно, потому что у них-то банкротство это...

ЛИХАЧЕВА: Нормально, в реальной жизни так, да.

ПОКОРНЯК: Да. Раньше не называлось, это сейчас называется "антикризисное управление", вот такое красивое. А раньше просто была структуризация предприятия, попавшего в какие-то трудности.

ЛИХАЧЕВА: Раньше это называлось просто "попадос" и "как выйти из попадоса".

ПОКОРНЯК: Может быть, да. Но у американцев, конечно, это по-другому называлось. Но такой же "попадос" у них существует. Так вот как раз там все, что не нужно, нужно было закрыть и уволить, действительно, увольняли людей, 170 человек уволили, остановили комбикормовый завод, то есть много что сделали. И, как я сказал, все силы продали, все предприятия были, практически акции мы все продали, даже просто из тех предприятий, которые мы взяли, чтобы сконцентрировать всю команду.

ЛИХАЧЕВА: Рискованно, то есть все на кон поставили практически.

ПОКОРНЯК: На кон поставили все. Ну, и до этого был хороший маркетинговый шаг. Вот после того, как я поговорил с директором фабрики, я объехал все фабрики в Сибири: Красноярск, Новосибирск, Кемерово, Новокузнецк, Барнаул, естественно. Я приехал на макаронную фабрику: "Господа, смотрите, если мы вам вдруг будем вместо муки привозить настоящую макаронную крупку, произведенную из твердых сортов пшеницы?" Они сказали: "Ребята, да вы что, если вы это сделаете, вы самые лучшие будете, мы об этом мечтаем". Потому что многие к тому времени фабрики уже купили итальянские линии, поэтому им нужно было хорошее сырье

ЛИХАЧЕВА: А они как раз, естественно, были рассчитаны только под такое сырье?

ПОКОРНЯК: Нет.

ЛИХАЧЕВА: Нет? Или под мягкие тоже?

ПОКОРНЯК: Макаронные линии могут работать на чем угодно. Просто лучшие, естественно... Грубо, как швейная машинка: вы можете ткань любую брать и на ней шить. Поэтому сама макаронная линия, она, в принципе, может делать из муки. Нет, вот мельница нужна другая, но линия нет. Это же пресс-сушка, по большому счету. Так вот тогда мы объехали и заручились. Они сказали: "Ребята, если у вас будет хорошее качество, и цена будет приблизительно такая, как у муки, то, конечно, не волнуйтесь, сбыт будет". То есть, идя все-таки на этот шаг, он был очень продуманный. Если мы сделаем этот продукт, мы получаем гарантированный сбыт. Кстати, это один из принципов, на который должны идти. Вот если так бросаетесь в омут, то у вас должен быть гарантированный сбыт.

ЛИХАЧЕВА: То есть, просчитаете все-таки, потому что в омут это, конечно, качество хорошее, уметь рискнуть, но...

ПОКОРНЯК: Омута не получилось, потому что нам сказали конкретно, вот у нас была цена муки, вот мы должны попасть, то есть ценовая была политика уже известна, что мы должны получить продукт вот с такой ценой. Была трудность в другом зерна уже практически не было.

ЛИХАЧЕВА: Куда делось?

ПОКОРНЯК: А дело в том, что до распада Советского Союза главным закупщиком всего зерна было государство. И когда с 1991 года все, естественно, рухнуло, то, в принципе, государство не закупало никакое зерно, в том числе, естественно, и твердую, и, как вы помните, что в связи с тем, что нет мельницы ни одной рядом, то крестьяне просто убирают твердую и высаживают мягкую, то есть другие культуры, из севооборота, есть такая фраза, была выведена пшеница. Ну, для примера: было до полумиллиона тысяч гектар пшеницы на 1989 год, а стало порядка двадцати тысяч.

ЛИХАЧЕВА: Ого!

ПОКОРНЯК: То есть вот как Аральское море, в принципе, все иссушилось, очень коротко и быстро. Поэтому мы просто так спешили, что, понимая, что если сегодня мы не объявим... поэтому мы собрали все хозяйства, кто выращивал пшеницу, которые в нее верили, и в итоге сказали: "Ребята, мы будем делать мельницу, соответственно, вы будете выращивать мы будем перерабатывать". И вот здесь второй человек, который мне помог это Курьянов Анатолий Филиппович, это уникальнейший человек, там дважды орден Ленина, ну, уникальный он всегда уникальный. Хозяйство было и в советское время, колхоз "Сибирь" был миллионером, и в российское время, пока на пенсию не ушел. Он сказал: "Я верю вам", он помог мне собрать всех крестьян, которые остались в колхозе, которые выращивали твердую, сказал: "Делайте, ребята, мы вам будем выращивать". И вот в итоге, благодаря, в общем-то, этим людям, я сказал Морозов, Курьянов, в итоге мы пошли на это. То есть мы, с одной стороны, закрепили, что мы будем продавать, да, и здесь появились у нас наши покупатели, макаронные фабрики, а, с другой стороны, был уже костяк создан из лучших хозяйств, которые остались еще, и твердая пшеница у них еще выращивалась, и мы пошли на такой эксперимент, и он закончился благополучно. В итоге твердая пшеница не исчезла, и сегодня медленно, но верно площади вырастают, их с каждым годом становится все больше, в целом первые полтора-два года мы жили как сыр в масле, потому что макаронные фабрики, естественно, покупали только нашу продукцию, и вот тогда родилась мысль: "А почему бы нам самим..."

ЛИХАЧЕВА: Самим не начать делать макароны.

ПОКОРНЯК: Да, и в 1997 году появилась первая линия уже макарон на нашей фабрике. Было специальное место, фабрики не было на комбинате, но было место, поэтому мы прямо на территории комбината, достаточно большое, 7,5 гектаров, построили, в общем-то, фабрику. Сначала была одна линия, потом три, пять сейчас уже линий, вот сейчас будем еще брать на следующий год шестую, так что превратилось, в общем-то, все именно так.

ЛИХАЧЕВА: Я так понимаю, нынешний главный эксперимент заключается в том, чтобы вашу именно марку, да, "Гранмулино" вывести, ну, можно сказать, в лидеры на всей территории России, так формулируете для себя?

ПОКОРНЯК: Ну, в принципе да, мы формулировали это всегда, в общем-то, потому что мы сразу, как только вышли на рынок, мы тогда, кстати, больше места занимали, у нас всего было тогда две компании, поэтому...

ЛИХАЧЕВА: Вы и еще кто?

ПОКОРНЯК: "Макфа". Поэтому в данном случае, так скажем, что мы немножко утратили свои позиции, да, потому что некоторые догнали, некоторые вклинились между лидером сегодняшним и нами, поэтому программа такая поставлена, то есть мы знаем, что это такое, мы понимаем, мы единственная, кстати, в России фабрика, которая находится в зоне произрастания пшеницы, ни московская, ни питерская, ни челябинская, естественно, не имеют площадей, зерна, они закупают это на стороне, поэтому, конечно, нам легче, у нас 17 хозяйств, которые выращивают для нам пшеницу, у нас есть свой элеватор, своя мельница, естественно, фабрика вся цепочка здесь, поэтому контроль качества. Поэтому мы сегодня все равно остаемся лидером с этой точки зрения, то есть мы понимаем, что такое зерно. А макароны, на самом деле это очень простой продукт, это перемолотое зерно с водой, поэтому хорошее зерно хорошие макароны.

ЛИХАЧЕВА: Так что же случилось, почему вы утратили свои позиции? Только ли потому, что так много конкурентов, и, действительно, не очень дорогой вход на этот рынок, ну, действительно, по сравнению с какими-то другими...

ПОКОРНЯК: С нефтью и с газом, да.

ЛИХАЧЕВА: Не только с нефтью и с газом, но и вообще, в принципе. Ну, как вы правильно сказали, да, там мука, крупа и вода, и, собственно, и маркетинговые усилия.

ПОКОРНЯК: И все.

ЛИХАЧЕВА: Вот тебе и пожалуйста, новая макаронная марка какая-либо, да, в которой можно хорошо зайти в сети, если там какие-то есть связи или деньги на эти входы. Так почему же, все-таки, вы утратили позиции?

ПОКОРНЯК: Знаете, факторов было много.

ЛИХАЧЕВА: Заснули чуть-чуть?

ПОКОРНЯК: Да нет, не спали, с одной стороны... Нет, ну проспали, врать не буду проспали сети. То есть, в принципе, сети, когда пришли мы в Москве были, уже в 1999 году, и когда появились первые-первые сети, нужно было просто там, допустим, поменять штрих-код, а была упаковка, ну, как факт, на котором ты спотыкаешься, а у нас была упаковка, ну сейчас уже флексо, хорошая печать может быть, а раньше была так называемая глубокая печать, и нам сказали сети: "Ну, нужен штрих-код". Мы говорим: "Ребята, какой еще штрих-код?" А нужно было переделать каждый вал, а это порядка 20 тысяч долларов, но столько вы имеете в ассортименте, то есть получалось, это большие затраты, только для того, чтобы какие-то неболььшие сети, которые только-только пришли, иностранные, в том числе тогда "Рамстор", еще кто-то, чтобы для них все это переворачивать, упаковку, тем более, тогда в России ее не было, мы делали ее в Италии, большие были затраты, поэтому мы как бы отказались. Вот как раз то, что вы защитник, вы не видите того, что будет завтра, хотя это может быть совершенно маленький такой стебелечек, вот сети, надо было мне тогда еще раз пойти учиться, теперь уже в смысле не как реструктуризировать, а как больше продать. Это было первой ошибкой, мы их проморгали, реально, и поэтому потеряли Москву.

Вторая ошибка это уже не ошибка, а то, что, в принципе, все покупали уже итальянское оборудование макаронное, как я сказал, технологии достаточно высокие, и, в принципе, все равно, что можно на них делать. И ввиду того, что все-таки наша страна была небогатой, да и сегодня она такой остается, то люди покупают макароны так называемой группы "Б", сделанные из муки. Главное для людей чтобы макароны были желтые, но, в принципе, макаронная промышленность научилась делать из белой муки желтые макароны.

ЛИХАЧЕВА: Желтенькие желтенькие, да.

ПОКОРНЯК: Вот, да, в принципе, все это правильно, все это нормально.

ЛИХАЧЕВА: Главное, чтобы дешево, да?

ПОКОРНЯК: Да, главное, и чтобы здесь на рынок пошла эта масса, и мы верили, вот как взяли знамя, помните, мы сказали, что "вот это же вам мешает, это же вам...", взяли это знамя в руки, и сказали, что "нет, мы будем только твердые, никаких мягких сортов, потому что это неправильно, это не то", и так далее, и так далее, а, на самом деле, жизнь показала, и сегодня 70% рынка это макароны из группы "Б", из муки сделанные.

ЛИХАЧЕВА: Слушайте, а бывает так, вот вы мне честно так скажите, вы же наверняка знаете, как профессионал, вот я иногда накалываюсь так, ну, думаешь, попробуешь там, какая-то вроде красивенькая марка, какое-нибудь там итальянское даже название, даже какое-нибудь там итальянское лицо, на этой...

ПОКОРНЯК: Поваренок какой-нибудь.

ЛИХАЧЕВА: Ну, не знаю, кто-нибудь, начинаю их готовить я вижу, что наврали вот это не твердые сорта, а написано, что из твердых сортов.

ПОКОРНЯК: Давайте так. Например, все итальянские, вообще, вся продукция, приходящая из Европы она из твердых сортов.

ЛИХАЧЕВА: Нет-нет, я сейчас говорю про российских производителей, просто сейчас уже мода такая пошла, что такой закос вроде как под иностранные марки там.

ПОКОРНЯК: Да, вы наталкиваетесь на приват-лейблы от сетей, они иногда так делают, это ни плохо, ни хорошо, но это факт. Ну конечно, они делают из муки, муки больше, зерна больше. Ну, для примера, Алтай выращивает три-четыре, а то и до пяти миллионов тон зерна, и всего лишь где-то порядка 50-60 тысяч тон, 70 максимум твердых сортов пшеницы, а миллионы это мягкая. Поэтому, конечно, рынок огромен по зерну, это биржевой товар, нас на Алтае только больше 150 мельниц, и одна на всю Сибирь по твердой пшенице, ну обычных мельниц просто много везде. Это рынок зерна, получается мука, мука это хлебопечение, это хлеб.

Поэтому, в принципе, то, что вы наталкиваетесь на то, что это, как определить? очень просто, ну, во-первых, макароны из твердых сортов пшеницы они дорогие, они дороже, ну, как минимум, в два раза, в два и выше, потому что сырье дороже практически в два раза, начнем с этого. В Евросоюзе запрещено делать макароны из мягких сортов пшеницы.

ЛИХАЧЕВА: Почему?

ПОКОРНЯК: Ну вот как бы... Я не считаю, что это правильно, потому что нет запрета ни в России, ни в США, ни в Канаде. Ну, потому что в Европе очень высокая культура питания.

ЛИХАЧЕВА: А я считаю, что это, ну, просто вредно.

ПОКОРНЯК: Ну, на самом деле да, потому что дело в том, что вроде пшеница мягкая, твердая в чем разница? Огромная разница, это как икра минтая и черная икра, вот типа этого. Значит, там белок, белок уникальный в твердых сортах пшеницы, он жизненно необходим, особенно северным странам, таким, как мы, у нас очень мало растительного белка, так вот бог нам все-таки дал эту пшеницу, которая растет у нас, и в Саратовской области, и в Оренбурге, вот очень высокий протеин, который нам необходим. Протеин есть и в мягкой пшенице, но там его нужно термически подготовить, чтобы он вами усвоился. Так вот, когда вы видите макароны из мягких сортов пшеницы, очень коротко, то, в принципе, вы их варите, да, но температура воды 90 градусов, а вот чтобы белок там был нужным для вас и произошел обмен веществ в организме, нужно 150 градусов. То есть, как бы вы ни варили, вы не...

ЛИХАЧЕВА: Где взять, да?

ПОКОРНЯК: Их, да, вы на вашей печурке не получите. А вот для пшеницы твердых сортов, если сделаны из нее макароны, соответственно, то и это белок из твердых, необходимо 90 градусов. Потому, когда вы варите макароны, естественно, температура там существует, когда вы едите эти макароны, то белок полностью усваивается, который вам жизненно необходим.

ЛИХАЧЕВА: Валерий, какие на данный момент вы прикладываете усилия, не знаю, маркетинговые, денежные, да какие угодно, для того, чтобы быть представленным в сети так, как вы этого хотите? То есть время немножко упустили, да, в особенности в Москве, как вы сказали, Москву потеряли, хотя не знаю, честно говоря.

ПОКОРНЯК: Находим сейчас, находим, с 1999 года я говорю, заходили, выходили.

ЛИХАЧЕВА: Я так в вас вижу сейчас так достаточно представленными, по крайней мере, в близлежащих в моем районе, не будем сейчас называть, какие сети. Что делается сейчас?

ПОКОРНЯК: Пять-шесть сетей сейчас мы где-то представлены. Но хотелось бы больше, конечно.

ЛИХАЧЕВА: А что нужно сделать для того, чтобы зайти со своей маркой?

ПОКОРНЯК: Да, в общем-то, ничего. Вы знаете, сети сейчас становятся все умнее, 2008 год показал, что такая экспансия, такая быстрая и резкая, в общем, она их приостановила. Поэтому они уделяют внимание качеству, перетряхивают свои портфели, в общем-то, поэтому с этой точки зрения, мы работаем с сетями, в принципе, мы работаем на, как я сказал, около 140 дистрибуторов, 127 сетей по России, мы работаем через дистрибуторов, прямых контрактов у нас немного, но, крупные сети уже все-таки на нас выходят некоторые, и мы вопрос этот обсуждаем. Вопрос денег, конечно, потому что сети как бы крупные в общем-то, ни недешевые. Потому что не главная задача войти, на полку встать, как у нас говорят, но еще и заниматься продвижением. Вот попробуйте, объяснить человеку, что, когда он видит не полке макароны те и другие, они стоят 15 рублей, другие либо 30, 40, 50. ну, макароны они и есть макароны. Вот икра минтаевая и икра черная, как бы там вот люди...

ЛИХАЧЕВА: Ну да, там объяснять ничего не надо, да.

ПОКОРНЯК: Да вот достучаться до людей, как бы да это вопрос медленный, это вопрос рекламы.

ЛИХАЧЕВА: Промо-действие.

ПОКОРНЯК: Вы знаете, здесь все стандартно, Лена, подарок за покупку, и так далее. И очень много уходит на обучение дистрибуторов и их мотивацию, это целая армия людей, да, которые они доносят, потому что мы производители, у нас нет прямых продаж, мы работаем через дистрибутора, либо через сеть, либо дистрибутор-сеть. Поэтому многие наши деньги уходят туда, а деньги на теле-акции так называемые радио, телевидение, баннеры, в общем-то, мы делаем точечно, то есть в определенных городах нам это надо.

ЛИХАЧЕВА: Федерального охвата тут не предусмотрено?

ПОКОРНЯК: Федеральный охват у нас периодически возникает, раньше их больше возникало, реклама была федеральная, сейчас мы решили, что сегодня BTL и Интернет. Поэтому с этой точки зрения мы перекраиваем сейчас всю свою работу, и очень сильное внимание уделяем, и вот на следующий год мы готовим очень большую программу для этого, потому что Интернет идет покрытие очень высокое, не только в Москве, но и в других городах России, поэтому там можно достучаться. Вы можете, вот сели, прочитали и вот мы вам рассказали, почему белок. Вы попробуйте сейчас рассказать быстро, оперативно, вот какой белок лучше для вас, на это уйдет полторы-две минуты, но представляете, на телевидение выйти и рассказывать. В Интернете вы можете напечатать, люди прочтут, поэтому вот такую как бы пропагандистскую как бы форму мы понесем именно через этот канал связи.

ЛИХАЧЕВА: То есть через Интернет, через контекстную рекламу, через рецепты, наверняка, да, через...

ПОКОРНЯК: Да, да, да, через объяснения, вот "ем и худею", много чего у нас запланировано, так что несколько акций будет таких очень сильных.

ЛИХАЧЕВА: "Ем и худею" где-то я уже это видела.

ПОКОРНЯК: Это вы у нас видели, это была федеральная реклама, девушка выходила, да, говорит: "Я ем макароны, чтобы похудеть". Вот такая была, правда, была она 6 лет назад, но вот ее до сих пор помнят.

ЛИХАЧЕВА: А, да.

ПОКОРНЯК: Это такая игра слов была: "талия" "Италия", "И" падало, получалось "талия", "И" "талия".

ЛИХАЧЕВА: Да-да.

ПОКОРНЯК: Ну вот как раз такие ходы тоже бывают, они тоже фиксируются в голове.

ЛИХАЧЕВА: Валерий, так что все-таки там с акциями на днях тут случилось?

ПОКОРНЯК: Да, в общем-то, ничего не случилось, дело в том, что в 1999 году мы впервые, кстати, в России тогда привлекли, после дефолта, прямые инвестиции в нашу компанию, греческий фонд "Commercial Capital", и мы, в общем-то, с ним прожили практически, получается, почти 11 лет. Дело в том, что фонд давно хотел выйти, по разным причинам: фонд перекупался, и владельцы давно не хотели работать в России. Поэтому, в принципе, такой вопрос стоял очень долго: либо мы должны были продать, либо мы должны были купить. Так вот, я могу сказать, что очень трудные переговоры закончились, в принципе. У них находилось 19,8% акций всего холдинга "АЛТАН", так вот, эти акции мы выкупили. В принципе, да, ушло на это несколько лет, но в итоге точку поставили. Поэтому...

ЛИХАЧЕВА: Зачет!

ПОКОРНЯК: Поэтому кто-то продает, а мы...

ЛИХАЧЕВА: А вы на свои выкупили? Или...

ПОКОРНЯК: Мы выкупили на свои. Поэтому... Но мы могли себе это позволить. С одной стороны, мы все-таки сделали... Ну, во-первых, в Греции есть проблемы, да.

ЛИХАЧЕВА: Ну, понятно.

ПОКОРНЯК: С одной стороны. С другой стороны, в принципе, мы получили хорошие переговоры, добились хорошей цены. И даже более того, мы получили еще рассрочку. В принципе, в течение...

ЛИХАЧЕВА: Они сейчас в таком положении, что, в общем-то, пошли на ваши условия?

ПОКОРНЯК: Да, пошли на наши условия. Мы им благодарны, что мы прожили столько с ними лет. Действительно благодарны, что они к нам пришли в 1999 году, это вообще было для нас очень сложно, за терпение, за понимание. Но факт остается фактом, все мы теперь снова являемся семейной компанией.

ЛИХАЧЕВА: Какая следующая цель?

ПОКОРНЯК: Цель? В общем-то, знаете, мы в поиске. Поэтому, скорее всего, мы будем привлекать акционера, только теперь уже не финансового, охота получить стратегического, потому что мы считаем, что сейчас действительно несколько лет идет хорошая тенденция, мы прирастаем каждый год. Поэтому следующая цель, в принципе: либо найти силы и все-таки превратиться из компании третьей в номер два, хотя бы, а потом, может быть, и за первое место побороться. Если не получится в одиночку, то привлечь хорошего, грамотного, профессионального стратегического партнера. Такие тоже сегодня предложения есть.

ЛИХАЧЕВА: С третьего места желательно бы на первое?

ПОКОРНЯК: Ну почему нет?

ЛИХАЧЕВА: По крайней мере на второе точно?

ПОКОРНЯК: Почему нет? У нас все для этого есть.

ЛИХАЧЕВА: Вот у вас есть книга под названием "72 секрета успешного бизнеса". Ну, 72 ладно, может быть, не обязательно. Вот хотя бы один или два секрета назовите мне, пожалуйста, не секреты успешного бизнеса, а секреты успешной жизни. Счастливой жизни, я бы так сказала. Если есть готовый ответ на этот вопрос.

ПОКОРНЯК: Ну, как понять... Да нет готового ответа, на самом деле. Нет такого рецепта, нет формулы счастья, но есть параметры. Бороться надо, потому что...

ЛИХАЧЕВА: Для вас счастье это бороться?

ПОКОРНЯК: Да, борьба, на самом деле, для мужчины тем более. У женщин чуть-чуть по-другому: все-таки воспитание детей и так далее. Для мужчины все равно это борьба, это преодоление барьеров. Кстати, это часто мешает и в личной жизни в том числе, мужчинам, в связи с этим. Поэтому, в принципе, это всегда преодоление. Вот это элемент счастья такой: когда вы чего-то добились. Но он краткосрочный такой, на самом деле.

ЛИХАЧЕВА: А хочется испытать еще. Поэтому следующая цель и следующее преодоление?

ПОКОРНЯК: Да.

ЛИХАЧЕВА: Так это же наркотик прямо?

ПОКОРНЯК: Вы знаете, да. Но хороший, на самом деле. Если, конечно, вы не используете какие-то искусственные стимуляторы, то он прекрасный. Поэтому в целом это называется развитие. Копируя закон диалектики, количество в качество: количество препятствий превращается в качество, в такую формулу счастья. В итоге получаете... Очень приятно, что я захожу в магазин вижу свой продукт. Я приехал в Калининград я вижу свой продукт. Я приезжаю во Владивосток... Это здорово. Для меня это здорово, что вот мы, небольшая компания, а сделали продукт, который люди покупают. У нас 3 миллиона покупателей в месяц.

ЛИХАЧЕВА: Вас от этого прямо прет, да?

ПОКОРНЯК: Вы знаете, не часто, но прет. Это помогает, понимаете, потому что это не нефть, не газ.

ЛИХАЧЕВА: Понимаю.

ПОКОРНЯК: Это достаточно прибыльный бизнес, но не сверхприбыльный, достаточно трудный. Но в любом случае это здорово. И когда люди говорят: "Спасибо", это того стоит, чтобы работать.

ЛИХАЧЕВА: Так и запишем. Спасибо вам.

ПОКОРНЯК: Хорошо. Спасибо вам.

ЛИХАЧЕВА: Основатель, совладелец фирмы "АЛТАН", 420 человек работников, 1 миллиард оборота (по крайней мере, к этому стремится), третье место среди российских производителей макарон из твердых сортов пшеницы (но стремятся к тому, чтобы выйти на второе, а кто его знает, может быть, в ближайшее время и на первое место). Я, во всяком случае, вам этого искренне пожелаю.

ПОКОРНЯК: Спасибо.

ЛИХАЧЕВА: Когда добьетесь, приходите. У меня такое ощущение, что вы этого, рано или поздно, добьетесь. Приходите, расскажете, к нам в программу "Они сделали это!". Я с вами прощаюсь до завтра.

ПОКОРНЯК: Всего доброго, спасибо.

ЛИХАЧЕВА: Счастливо!